Здоровье - медицинский портал Азербайджана

          В 1892 г. холера проникла в пределы Российской империи из Мешхеда в Закаспийскую область через русско-персидскую границу. Первый случай официально зарегистрирован был 18 мая в сел. Каахыа на Закаспийской жел. дороге. Именно тогда русские медики жертвуя своими жизнями бросились спасать жителей Баку и пригородных сел.

     26 мая появились первые заболевания в Асхабаде, откуда началось массовое бегство населения. 1 июня было зарегистрировано первое заболевание в Баку...

     К величайшему сожалению, следует признать, что город, несмотря на то, что разговоры о холере шли уже давно и даже не первый год, был абсолютно не подготовлен к этой эпидемии.

     9 июня газета "Каспий" отмечала, что нет в достаточном количестве специальных помещений для заразных больных и приходится заболевших холерой класть в общие бараки, нет специальных экипажей, транспортирующих больных в лечебницы (больных развозили на обычных фаэтонах, которые затем даже не дезинфицировались), в городе не оказалось даже микроскопа. Фельдшера отказывались идти в заразные отделения.

     Полицмейстер за пару дней, прошедших с начала вспышки эпидемии, составил несколько десятков протоколов на домовладельцев за нарушение ими санитарных правил. Хотя, если говорить откровенно, то штрафовать и наказывать за эти нарушения можно было бы бОльшую часть города.

     О катастрофическом санитарном положении в Баку говорилось уже очень и очень давно, но практически ничего не изменялось к лучшему. Впервые в 1892г. болезнь появилась в восточной части города, в его 3-ей части (районе между самим Баку и Черным городом).

     Первые больные, доставленные в городскую больницу, были каменщики, работавшие на постройке вблизи механического завода Эйзеншмидта, рядом с которой находилось озеро "гнилой стоячей воды". Фаэтоны, которыми доставлялись больные в лазарет, развозили заразу по городу, передавая ее следующим пассажирам.

     Постепенно болезнь начала переходить и в другие части города - Крепость, Таза-пир и Шемахинку.

     Особенно часты были случаи заражения в районе Таза-пир.

     Сначала случаи заражения шли по линии кладбищенской дороги, потом по Губернской улице, затем по Персидской, спускаясь к Николаевской.

     Словом, начальной неподготовленностью и бездеятельностью было "сделано" все возможное для распространения холеры в Баку.

     Если бы до появления еще эпидемии были предприняты надлежащие меры, т.е. заготовлены носилки и экипажи, сделано строгое распоряжение о перевозке покойников непременно по загородным дорогам, с самым тщательным наблюдением за исполнением этого распоряжения, то болезнь, может быть, еще долго продолжала бы оставаться в одном излюбленном ею районе - в 3-ей части, а с принятием энергичных и быстрых мер к немедленному приведению этой части в порядок в санитарном отношении она и здесь могла бы быть пресечена. 

     Советник губернского правления г. Томашевский был командирован в Тифлис для приема от интендатского ведомства палаток для подвижных холерных больниц, которые было решено открыть в разных местах Бакинской губернии.

     Город был разделен на 8 санитарных участков, в каждый из которых был назначен санитарный отряд. Целью работы каждого отряда являлось наведение санитарного порядка на подчиненном ему участке и наблюдение за его соблюдением.

     Санитарными участками первоначально заведовали 4 врача: Корона, Архангельский, Ахундов и Локерман. Управление медицинской частью гражданского ведомства на Кавказе командировало двух врачей в бакинский карантинно-таможенный лазарет.

     На Биби-Эйбате, где ранее находился лагерь сальянского батальона, было открыто заразное отделение военного лазарета на 180 кроватей.

     Торговцам ежегодной Николаевской ярмарки на Ярмарочной площади было предложено освободить номера в ярмарочном корпусе, где размещалась гостиница "Сахара", т.к. в нем планировалось создать холерное отделение до 60 человек. Другое отделение должно было временно устроено за вокзалом.

     К 24 июня заразное отделение, находящееся поблизости от Михайловской больницы, по распоряжению директора и главврача больницы, доктора медицины СС Г. С. Денисенко, было закрыто и находившиеся в нем больные холерой были переведены в бараки на Ярмарочной площади.

     В канцелярии городской управы была выложена специальная книга, в которую жители города могли записывать заявления о замеченных ими где-либо санитарных нарушениях. Так, были в книгу занесены жалобы бакинцев на то, что трупы умерших от холеры провозят по городу и это "производит тяжелое впечатление на народ". Вследствие этого управа распорядилась перевозить трупы по загородным дорогам.

     Городская управа начала поливать немощенные улицы нефтяными остатками и обязала домовладельцев тщательно поливать прилегающие к их домам мощенные улицы.
Указания о поливке улиц были даны, однако газета "Каспий" пишет о том, что поливку начали не с того района, в котором на тот момент имелось наибольшее количество заболеваний, т.е. в 3-й части города, а на Шемахинке.

     Кроме того, сама поливка, по подсчетам техников и счетоводов управы, должна была стать чрезвычайно дорогой мерой борьбы с болезнью - называлась цифра в 35 тысяч рублей в год, но, по подсчетам газеты, цена была чрезвычайно завышена управскими работниками.

     По указанию управы был проложен трубопровод из Черного города к мельнице Скобелева, по которому перекачивалась нефть для поливки улиц.

     Ремесленное училище, расположенное в непосредственной близости от заразного отделения Михайловской больницы, было 10 июня объявлено закрытым до 1 сентября.
Управление конно-железной дороги "предприняло производство дезинфекции всех вагонов, курсирующих по линиям, под наблюдением врача дороги".

     Из Баку была послана телеграмма тифлисскому полицмейстеру с просьбой об оповещении всех вольнопрактикующих врачей Тифлиса о приглашении врача для заведывания холерными бараками в Баку, с содержанием в 300 руб. в месяц и с гарантией выдачи этого содержания в течение четырех месяцев.
Совет Управления закавказской железной дороги принял целый ряд мер для борьбы с эпидемией.

     "Новое обозрение" писало о том, что постановлено приступить к строительству временных бараков на 7 станциях, в том числе и в Баку (на 20 кв саженях). Все эти приемные пункты должны были быть покрыты асфальтовыми полами и устроены на подставках или сваях для лучшей вентиляции под полом.

     В каждом пассажирском поезде должен был находиться особый вагон для тех, кто заболел в пути.

     Начальники станций должны были на перронах во время прихода поездов запретить продажу фруктов, зелени, молока и молочных продуктов.

     Бакинский Тифлисский вокзал жандармским штабс-капитаном Патараки и железнодорожным врачом Павловским был приведен в порядок: везде была надлежащая чистота, все продезинфицировано самым тщательным образом, о чем с удовольствием сообщала газета "Каспий" в заметке от 16 июня 1892г.

          Жители в панике покидали город.

     По сведениям Закавказской железной дороги в течение двух недель из Баку выехало 44.000 человека. На пароходах город покинуло еще около 30.000 человек. На фаэтонах, в фургонах, повозках в Шемаху, Кубу, Шушу и т.д. выехало еще около 25.000.

          Все население Баку, включая Черный и Белый города, составляло в этот период 120.000 человек. Так что, по подсчетам газеты "Каспий", к концу июня в городе оставалось не более 20 тысяч жителей.

     В полицию сообщалось в обязательном порядке о выбывших и прибывших в город людях. На вокзале все прибывающие проходили санобработку паром. Однако покидающие город никакой санитарной обработке не подвергались. Уезжая, они развозили болезнь по другим городам России.

Аптеки и аптечные склады также оказались неподготовлены к эпидемии: в них не было или было крайне мало дезинфекционных средств, что было установлено во время осмотра всех аптек, проведенного 17 июня помощником губернского врача Амировым и полицмейстером подполковником П.Э. фон Адлербергом.

        Бакинская пресса довела до сведения горожан, что для оказания первоначальной помощи заболевающим холерой приглашены след. врачи:

• 1) АРХАНГЕЛЬСКИЙ - Биржевая ул., дом Попова, напротив склада Бродского
• 2) АХУНДОВ - Николаевская ул., дом. Шагиданова
• 3) КОРОНА - напротив Мариинского сада, дом Вартановой
• 4) ГАЛКИН - Прачечная ул., дом Калантарова, напротив аптеки Беккера.
• 5) ГРЕЧАНИНОВ - угол Воронцовской и Губернской ул., дом Красильникова
• 6) РААК Н.Р. - Чимберекент, Кладбищенская ул., дом Осипова

     Из Тифлиса были командированы врачи Козловский (для заведывания холерной больницей на Зыхе) и Вейншаль (для бактериологических исследований).
По официальным сведениям, со времени появления холеры в городе, т.е. с 6-го по 26-ое июня 1892г., в Баку, считая Черный и Белый городки, умерло 996 человек, в Балаханах - 37 человек.

     25 июня в Баку прибыл Главноначальствующий гражданской частью на Кавказе генерал-адъютант С.А.Шереметев, пробыл он здесь до 27 июня. За эти дни он посетил холерные бараки в разных частях города, встретился с жителями города разных национальностей.

        Нефтепромышленники города в борьбе с эпидемией

     Для обсуждения мер по борьбе с эпидемией 6 июня заведующим балаханским полицейским участком были созваны предствители нефтепромышленников и врачи промысловой больницы.

     Собрание постановило:

• построить два барака на 10 кроватей каждый и дезинфекционную камеру с соответствующими службами
• исследовать колодцы с питьевой водой, закрыть непригодные к применению
• разработку и исполнение решения собрание было возложено на медицинский персонал промысловой лечебницы и ее хозяйственный комитет
• пригласить еще одного врача в качестве второго ординатора лечебницы
• набрать достаточное количество фельдшеров, санитаров и т.п.
• составить санитарный отряд

     заведующий полицейским участком ходатайствует перед высшим начальством об отводе казенной земли для холерного отделения лечебницы и холерного кладбища.

     21 июня в Черном городе состоялось заседание черногородских заводчиков и их представителей для выработки мер борьбы против холеры. На этом заседании было решено организовать специальный комитет. В число его обязанностей входило приведение Черного города в надлежащий, в санитарном отношении, вид и подача первоначальной медицинской помощи, для чего должны будут учреждены врачебные пункты. Членами комитета являлись:

• Бережнов - зав. "Каспийского товарищества"
• Степанов - зав. "Цатуров и Ко"
• Галлер - зав. "Товарищества бр. Нобель"
• Паронян - зав. "Лианозов и Ко"
• Хайс - зав. "Арамянц и Ко"
• Писаренко - зав. фирмы "Асадуллаев"
• Кянджунцев - зав. "Арафелов"
• черногородский пристав

     Когда в Баку вспыхнула эпидемия, в “Товариществе братьев Нобель” был организован отряд по борьбе с холерой, которую возглавил технический директор "Товарищества бр. Нобель" Карл Вильгельм Хагелин.

     Товарищество бр. Нобель поручило помощнику управляющего А.фон Галлеру устроить около завода Кианда особый холерный барак на 35 кроватей.

     В отряд вошли специалисты по холере, присланные Эмануэлем Нобелем, – русский доктор Григорий Шубенко и американец доктор Артур Блахштейн. Оба окончили Институт экпериментальной медицины в Петербурге.

     Штатный врач компании доктор Петкевич вместе с несколькими служащими устроил барак для холерных больных и поставил палатку для медперсонала, оборудованную дезинфекционным аппаратом.

     О положении дел ежедневно телеграфировали в Петербург - среди работников Нобелей оказалось 157 случаев холеры, около 40 из них со смертельным исходом.

     Самая сильная эпидемия в Баку за последние годы была в 1892 году, когда холера появилась 6 июня и продолжалась до 25 августа.

     В течение этого периода заболело всего 2499 человек, из коих умерло 1828 человек, т.е. 73,8% всех заболевших. В Михайловской больнице было изолировано тогда всего 1226 больных, из коих умерло 721, причем в числе изолированных было 853 мужчин. 

     В Михайловской больнице было изолировано тогда всего 1226 больных, из коих умерло 721, причем в числе изолированных было 853 мужчин,41 женщина и 32 детей, а по национальности: 826 русских, 162 мусульман, 150 армян, 78 немцев и 27 поляков.

          Именно русские врачи, спасали в те годы население Закавказья от эпидемии пришедшей с территории Персии, современного Ирана.